воскресенье, 10 августа 2014 г.

Победители

И на Тихом океане свой закончили поход…


Ни о чем сегодня не жалею,
Слезы лить мне вовсе не с руки.
Одного понять я не умею:
Вы на что в обиде, земляки?


Сергей Иванович Гончаров родился в 1927 году в селе старая Барда Алтайского края. Рос в большой крестьянской семье, как раз в то время (30-е годы) шла коллективизация, ломались все старые устои и традиции. В семье Гончаровых было 13 человек: дед с бабкой, отец, мать и девять ребятишек. Отец с такой огромной семьей не решался идти в колхоз, не хотелось лишаться своего хозяйства — коня, коров, овец, кур, да еще пяти пчелосемей и огорода. Само незнакомое слово «коллективизация» страшило неграмотного крестьянина. В итоге семейство Гончаровых так и осталось вести единоличное хозяйство. Но времена были суровые: если «наверху» сказали: «Всем добровольно в колхоз», то так оно должно и быть.

Сопротивляющаяся реформам семья попала в немилость к властям. В итоге со двора свели коня, корову, конфисковали новый практически уже достроенный дом. Надо заметить, что тогда свирепствовал секретарь ВКП(б) Западно-Сибирского края Р.И. Эйхе, которого позже за подобные перегибы расстреляли.

- Мое детство было таким, как и у всей деревенской бедноты, — вспоминает Сергей Иванович. – Одни штаны на двоих с братом, школу пришлось бросить в пятом классе. Бедность задавила, пришлось идти работать в колхоз. К тому времени всю нашу семью туда уже загнали. Но, несмотря на все горести, вспоминаю свое детство, как счастливое, веселое и шумное время. Только закончилось оно, как и у ребят всей страны, летом 1941 года.

До 1944-го Сергей Гончаров работал в колхозе, а потом пришла и его очередь идти в армию. Служить попал в Приморский край, в дивизию генерал-майора Калинина. Определили его в роту минометчиков. Война полыхала далеко на Западе, а здесь шла обыкновенная солдатская учеба: подъем, зарядка, завтрак, строевые и огневые занятия, изучение Устава и так далее. Правда, на границе японцы постоянно устраивали различные провокации, поэтому дивизия всегда была в полной боевой готовности.

После победы над Германией в часть стало приходить пополнение из обстрелянных солдат- фронтовиков. В августе 1945-го началась война с Японией.

С тяжелыми боями по болотистой низменности дивизия двинулась на Харбин. В Маньчжурии климат изменился, появились сопки, а потом и горы с крутыми каменистыми склонами. Японская армия имела преимущество: местность была знакомая, за время оккупации она построила здесь глубокоэшелонированную линию обороны. Кругом были натыканы доты и дзоты, различные хитроумные ловушки и минные поля.

Японский солдат как противник представлял немалый интерес. Был очень хорошо экипирован, все солдаты горных частей имели специальную шипованную крепкую обувь, у каждого — специальный кинжал для ритуального самоубийства, на гимнастерках отстегивались рукава, освобождая руки для рукопашного боя. Это все боец Гончаров видел у пленных солдат.

К тому времени Советская армия была самой мощной в мире, наши люди воевать умели. Прежде чем идти в атаку, позиции японцев накрывали шквальным орудийно-минометным огнем, уничтожали доты и дзоты, берегли бойцов. И это дало положительные результаты, потому что вскоре, несмотря на весь свой фанатизм, японские солдаты начали сдаваться в плен ротами и полками. Тем не менее война есть война, и уже на ее исходе Сергей Иванович был тяжело ранен.

Как-то с ним произошел один интересный случай. Полетел он на самолете, а тогда только ввели приборы металлодетектора в аэропортах для проверки пассажиров.

- Вот и меня начали «заворачивать», — улыбается Гончаров. – Три раза подходил, а он «пишшит» и «пишшит», почти уже догола раздели. Спрашивают: «Ты железок наглотался, что ли?». Тут до меня дошло только, что это мои «японские» осколки.

После госпиталя вернулся в свою часть, которую к тому времени перевели в город Кировобад Азербайджанской ССР. Отслужив семь лет в армии, в 1951 году С.И. Гончаров демобилизовался. Приехал в Горно-Алтайск и устроился водителем в зооветеринарный техникум, развозил по колхозам и совхозам лекарство для скота.

- Это был довольно интересный период в моей жизни, — говорит Сергей Иванович. – Вспоминаю, сколько же тогда было скота! И почему его стало меньше сейчас? В апреле 1952 года меня пригласили на работу в милицию. Так я стал водителем в конвойном отделении сопровождения арестованных. 36 лет отработал там, и каждый день — практически как выход в бой. Напряжение очень большое, тяжелая была работа. В 60 лет ушел на пенсию и устроился вольнонаемным водителем на грузовик хоздвора УВД.

Что еще можно рассказать? Женился я в 27 лет, родились у нас с женой сын и дочь. Сейчас уже есть внуки и правнуки. Со своей второй половиной большую часть жизни прошли вместе, делили и радость, и горе, сообща воспитывали детей, занимались домашним хозяйством.

Слушая Сергея Ивановича, я вспомнил поездку на Курскую дугу по местам боев. Наша делегация садилась в самолет во Внуково. Проходил вместе с нами контроль и Эмиль Курдеевич Кыдыев. Так его прибор тоже надолго задержал. Бедный Эмиль вывернул все карманы, снял все металлическое, а прибор все равно пищит. Его спросили: «Дед, где у тебя металлический предмет?». Тут он подставил контролеру голову, где под кожей находился осколок. Степана Тыдыкина тоже так же завернули, пока не дал проверяющим пощупать руку, где в мышцах сидела немецкая пуля. Потом охранники сказали: «Проходите, дедушки, вы, видать, после войны все в металле!». Вот такая история.


Фронтовики у классной доски


Иван Павлович Шлапаков родился в 1924 году в Улале. После ареста отца по доносу соседей жизнь стала тяжелой, безотцовщина. Все работы по ведению домашнего хозяйства легли на хрупкие мальчишеские плечи. Кроме того, надо было еще учиться в школе. Видимо, в детстве закалился характер маленького Вани. Именно тогда ярко проявились его самостоятельность и трудолюбие, простота и скромность. Сегодня могу ему сказать откровенно, как другу, словами поэта, ученого и политика Юрия Жильцова.


Когда тебя,
заслышав, слышат,
Ответный голос
подают,
Хвалу от сердца
воздают,
Тогда сердца
взаимной дружбой
дышат…
Могу по выдоху
иль вдоху,
Мой друг, тебя
определить,
Болезни наши
разделить,
Но не греши зря
на эпоху…


Наше знакомство с Иваном Павловичем было не случайным. После войны все фронтовики получили от советского правительства одну главную льготу — возможность поступления во все средние и высшие учебные заведения страны без экзаменов и вне конкурса. Таким образом разрушенная войной страна получила большое количество образованных, талантливых и трудолюбивых людей. Соскучившиеся по мирной жизни фронтовики жадно осваивали специальности инженеров, врачей, учителей. Вот поэтому наши фронтовые биографии почти у всех похожи.

Вместе с Иваном Павловичем мы окончили Горно-Алтайский педагогический институт, работали в средних школах края и автономной области. Более близко познакомились, когда я стал работать в отделе образования Горно-Алтайского горисполкома, а Иван был директором школы №4. Помещение было старой застройки и требовало капитального ремонта. Сегодня трудно представить, но тогда школа №4 при наполняемости 300 учеников при печном отоплении получала из бюджета города 3000 рублей на год. Учебные пособия и дидактический материал готовили сами учителя, между прочим, за свой счет.

Ремонт школы, подготовка к новому учебному году и сегодня «головная боль» директора любой школы. Иван Павлович Шлапаков тогда был членом Совета гороно, где решались важнейшие вопросы: финансирование школ, обеспечение кадров, организация летнего отдыха учащихся, учет количества детей школьного и дошкольного возраста, определение предприятий-шефов, подготовка школ к новому учебному году и соответственно наполняемость их учащимися микрорайонов.

В 60-х годах прошлого века в школах работали директорами фронтовики И.И. Басманов (школа №2), А.Х. Вязников (национальная школа), И.П. Шлапаков (школа №4), И.В. Шерстобитов (школа №8), М.Г. Тозыяков (школа-интернат №2), П.Л. Казанцев (школа №1).

На Совете гороно Иван Павлович всегда выступал по делу, с обоснованными фактами. Именно по его настоянию было принято решение о строительстве нового здания школы №4. При посещении школы и личной беседе я убедился, что это очень грамотный и ответственный руководитель. Несмотря на ветхость, помещения школы были чистыми и уютными, вся документация, классные журналы в полном порядке.

Мы оба уже давно на пенсии, часто вспоминаем работу в школе. Иван Павлович всегда с гордостью говорит о своих учениках, удивляясь тому, какими одаренными были дети. Многие из них стали врачами, инженерами, учителями, особенно гордится Иван Павлович тем, что Глава республики А.В. Бердников — его ученик.

Наши встречи фронтовиков, бывших педагогов, — не просто пустое проведение времени. Каждая беседа происходит из необходимости увидеть друг друга в лицо, поделиться своими радостями, планами. Несмотря на возраст и состояние здоровья, Иван Павлович до сих пор занимается хлопотливой работой, домашним хозяйством. Проживая в Майме, имеет земельный участок, держит корову, кур и кроликов. Можно не удивляться, а восхищаться этим человеком, вечным тружеником. Именно ему, как мне кажется, посвящены эти строки:


В стихах судьба нарисовалась,
Знать, кто-то вспомнил обо мне.
Со всеми жизнь перекликалась,
Мир познавал не в тишине.
Я и сейчас кругом в заботах,
Как в сказке – белка в колесе.
Моя домашняя работа –
Делить свою судьбу в семье.
Работы легкой не бывает,
Работу легкой не зовут.
А тот, кто этого не знает,
Пусть перейдет на легкий труд.


Необходимо напомнить, что в Красную армию Иван Шлапаков был призван в августе 1942 года. Воевал в пехоте, участвовал в Курской битве, освобождал Венгрию, Румынию, был ранен и поэтому День Победы встретил в госпитале. Демобилизовался в 1946 году.


Сходясь с врагами «край на край»,
Спасала Русь себя:
Себя и Родину любя,
Бьют наших – выручай!
(Юрий Жильцов.)


Федор Конюхов, участник Великой Отечественной войны.



Победители

0 коммент.:

Отправка комментария